Свой четвёртый десяток московский фестиваль начал 26-программами, среди которых были конкурсные показы, гала премьеры и разнообразные ретроспективы. Однако главным героем этого фестиваля стал зритель, проявивший небывалый интерес ко всему происходящему. За 9 дней 272 фильма посмотрело 40.000 человек, что, как справедливо заметил Пётр Шепотинников, говорит об одном: «Пока все кому не лень хором предупреждали о надвигающемся кризисе в кино, тут вдруг наступил кризис глобальный, а серьёзное кино оказалось вновь востребованным».

Но если до кризиса в самом кино, слава Богу, ещё далеко, то кризис мироощущения, о котором с помощью киноязыка повествуют практически все режиссёры, на лицо. Нынешний фестиваль, безусловно, запомнится очевидной тенденцией: человек всё больше боится сумасшествия и смерти, а режиссёры всего лишь улавливают витающие в воздухе настроения и запечатлевают эти страхи на киноплёнке. И если вы до сих пор думали, что вы здоровы, московский фестиваль показал вам, какая шаткая и спорная грань между умалишением и рассудком.

Не удивительно, что приз за мужскую роль достался Владимиру Ильину, сыгравшему сошедшего с ума главврача в картине Шахназарова «Палата номер шесть». И если сам актёр остался не очень доволен собственной работой, то зрителям, как и жюри, игра Ильина показалась более чем убедительной.

Приз за женскую роль неожиданно получила юная Лена Костюк, сыгравшая в «Мелодии для шарманки» Киры Муратовой. Видимо, таким косвенным путём жюри решило отметить работу самой Киры Георгиевны, а девочка-дебютанка просто попалась под руку. Новый фильм живого классика постсоветского кинематографа, однако, не остался незамеченным: независимое жюри ФИПРЕССИ (международная федерация кинопрессы) и жюри федерации киноклубов наградило Муратову главным призом за «безукоризненно художественное и бескомпромиссное воплощение трагедии одиночества и отчуждения».  

Продемонстрировав свою политкорректность и соседскую доброжелательность, лучшим в конкурсной программе «Перспективы» жюри во главе с Павлом Лунгиным назвали грузинский фильм «Зона конфликта».

Лучшим режиссёром стала мексиканка Мариана Ченильо, чей фильм «Пять дней без Норы» в полушутливой форме рассказал о смерти, религии и любви. Чем-то особенным эта картина вряд ли выделяется, но именно за лёгкость и человечность в изложении вечных вопросов Мариана и удостоилась этого приза.

Если бы давали приз за актёрский состав и Александр Прошкин получил бы его со своей картиной «Чудо», никто бы возражать не стал. Константин Хабенский, Полина Кутепова, Сергей Маковецкий - такие имена сразу притягивают внимание. Однако спецпризом была награждена сама кинолента, что вызвало лёгкое недоумение у просмотревших всю конкурсную программу. Чудо, да и только.

Главный же приз, золотой святой Георгий, за смелое решение, человечность, гуманизм и воплощение трагичности жизни на экране попал в руки Николаю Досталю и его «Пете по дороге в царствие небесное». Решение жюри спорное, но победителей, как известно, не судят.

На протяжении всего фестиваля, делая шаг от одного фильма к другому, переключаясь с отчаянья на боль, с боли на несправедливость, с несправедливости на насилие, льющееся с экрана, хотелось согласиться с г-ном Михалковым, который упрекнул современный кинематограф в вымывании желания жить. Но, добежав до финишного дня живым и невредимым, остановившись и сделав глубокий вдох-выдох, понимаешь совсем другое. Режиссёры всего мира по-прежнему призывают людей: не будьте страусами! Не прячьтесь от проблем головой в песок, иначе песок может рано или поздно превратиться в бетон, и вы расшибёте себе об него лоб, как Шарлотта Гинзбург расшибла свой собственный об унитаз в триеровском «Антихристе». Конечно, приятно почувствовать себя Шарлоттой, но только не в такой роли.